Когда уйдешь со школьного двора, под звуки нестареющего вальса", и вот прозвучал этот вальс. Ему 17, у него паспорт, аттестат, впереди жизнь, семья, или неизвестность, а позади ощущение бесконечности этих лет юности. Он уже студент, но все еще мальчик, ему через год в армию, а он еще мальчик, ему 17, а он не знает вредно ли заниматься онанизмом, его друзья тоже ничего не знают, но тоже занимаются этим. Ох уж эта темнота! Хвастовство не познавших любви и молчание знающих это : \r\n\r\n Теперь ,конечно все иначе ,горы литературы ,книг и журналов ,разное чтиво и видео ,откуда можно узнать ,как все элементарно просто , приемлемо, нормально ,и даже необходимо человеку. \r\n Он это знал. Он за неделю почувствовал, что скоро произойдет нечто, нечто замечательное и неизбежное. Он это уловил вместе с шумом летней грозы, вместе с запахами политого дождем и теперь благоухающего и искрящегося леса. Он это почувствовал, как раб приближение свободы, как женщина приближение родов, почти физически, и вместе с тем как-то эфемерно. \r\n Были каникулы, после первого курса он приехал к себе в деревню. Он шел по дороге домой с озера, где почти целый день купался, спасаясь от страшной июльской жары. Он шел, и когда вдруг услышал далекий шум мотоцикла, он понял, что это непременно будет связано с заполнившим его чувством. Сейчас. Это будет сейчас, или по крайней мере очень скоро. \r\n Когда мотоцикл его догнал, он повернулся, и с удивлением увидел за рулем мотоцикла того самого парня, который когда-то ударил его ногой в тяжелом ботинке. В коляске сидела молодая девушка, а сзади, за спиною мотоциклиста, крепко ухватившись за него, сидела та самая, давно забытая красавица, которую он разглядел когда-то в бане. \r\n Они остановились, узнав Юрия.\r\n- Ну садись, паря, подвезем. Залезай в люльку к молодухе, - игриво кривляясь сказал мотоциклист. \r\n Он сел на запасное колесо, и они поехали, хотя их совместный путь был очень и очень недолгим. Мотоцикл вдруг зачихал, загремел, и несмотря на ругань и всяческие попытки водителя продолжить путь, заглох. \r\n Все ездоки, включая и Юрия, дружно взялись за мотоцикл и принялись толкать его, пытаясь завести умолкший двигатель, но все было тщетно. Он заводиться упорно не хотел. И тогда, прямо на глазах у Юрия начался весь семейный и глупый скандал его давней знакомой и ее супруга тракториста. Конечно, быть свидетелем в подобных делах удовольствия мало, но в глубине души, Юрий вдруг понял, что он даже злорадствует, глядя на эту суетящуюся пару. Вторая пассажирка тоже молча глядела на все, с безразличием опустив глаза, но разглядев ее Юрий вдруг понял, что она просто пьяна, и кроме того, пьяны все они. Все кончилось довольно быстро и неожиданно, рассерженный и пьяный муж Людмилы ,покопавшись что-то в мотоцикле ,вдруг сел на него ,завел, и тут же ,зло матерясь, дал газу, и укатил, оставив их троих посреди пыльной дороги \r\n Прошли они немного ,поговорив о всяких вздорных мелочах, о подлом поступке мужа Людмилы, как ее подруга с интересным именем Ольга, предложила немного посидеть и передохнуть. Они зашли в лес, подальше от дороги. Ольга достала из своей сумочки сигареты и как бы невзначай спросила: \r\n- Может быть выпьем? \r\n У нее в сумочке оказалась бутылка водки, рюмка и два свежих мелких огурца. \r\n С первой же рюмкой в Юрия как бы влилось то самое состояние чего-то неизбежного и приятного в каком он находился последнее время, стало вдруг хорошо и уютно. Потом они выпили еще и еще, и когда Юрия разморил алкоголь, он вдруг понял, что его поят не просто так, а он почувствовал, что он нравится Ольге. Она, как и Людмила была лет на 6-7 старше его и в общем довольно привлекательна несмотря на ее опьянение. Покурив, Ольга вдруг сказала: \r\n-Юра, может быть пройдемся, я знаю здесь есть землянка, еще с войны осталась, пойдем я покажу. \r\n И с этими словами Юрий вдруг получил еще один толчек, еще одно подтверждение - это будет, это непременно будет .И какая-то внутренняя радость и нежность заполнила все его тело, и он почувствовал ,как эта радость выразилась непосредственно у него в штанах , свидетельством чему был мгновенно поднявшийся и рвущийся в неизвестное член: \r\n - Идите, идите, вдруг поддержала их Людмила ,уже налившая себе еще одну рюмку водки Они пошли, она впереди, а он сгорая от нетерпения, и вместе с тем от стыда шел сзади, наблюдая и любуясь своей случайной знакомой. \r\n Ольга шла, и было заметно, как она шатается под действием выпитого, и в один момент она чуть не упала, или притворилась что чуть не упала, но факт есть факт, она позвала его! \r\n - Ой, держи меня, а то упаду. \r\n Будто только ожидая этого Юрий мгновенно очутился рядом с Ольгой и осторожно, трепеща взял ее за плечи. Что -либо еще сделать он не мог, он был как замороженный истукан, неспособный пошевелить руками, как будто в них была хрупкая стеклянная вещица, которую он боялся уронить. Но отдадим должное и Ольге, этой искушенной в амурных делах даме, она естественно и непринужденно, будто доставая что-то из сумочки, вдруг засунула ему в брюки свою руку и нежно взялась за изнывающий член. Пройдя так немного Ольга остановилась, сказала: \r\n-Ой, прости меня, - спустила брюки , и присев прямо на глазах у ошеломленного парня помочилась на землю: \r\n Был солнечный яркий день, и когда она поднялась, то над приспущенными брюками и трусиками Юрий ясно, не смея оторвать глаза увидел ее аккуратный, подбритый , с маленькими волосками треугольник, в вершине которого смыкались две нежные ,чуть розовеющие половинки ,оставляя небольшую, явно различимую щелку. \r\n Это было последней каплей. И она, вдруг поймав его взгляд, сразу все поняла, и подняв руки позвала его:\r\n - Иди же ко мне, дурачок! \r\n Он подбежал к ней, и даже не сообразив что-либо подстелить, повалил ее прямо на редкую траву. Она попыталась снять брюки и что-нибудь сказать, но он не дал ей ничего сделать и закрыл ей рот пьянящим затяжным поцелуем, одновременно пытаясь снять брюки себе. Он вытащил свой набухший, перенапрягшийся, словно готовый лопнуть конец, и сунул его куда-то вниз, как ему казалось в уголок рая. \r\n Но, увы, он только скользнул по нежной плоти ее влагалища и мягких волос, как тут же словно в насмешку извергнул горячую, мощную как лавина струю давно перезревшей спермы.\r\n Это был удар. Это был жестокий удар.